 При советской власти подавляющее большинство людей слушали записи либо подпольных исполнителей, либо тех немногих официальных, которые могли вызвать такой же интерес. К последним можно отнести тех, кто достаточно часто мелькал на телевидении и радио и при этом хоть как-то выделялся на фоне остальной серой массы: Алла Пугачева, Эдита Пьеха, Давид Тухманов. С подпольными исполнителями другая история. Реклама им делалась только запуском соответствующих слухов, которые никак не могли быть ложными. В случае, если распространители этих слухов пытались выдавать желаемое за действительное, слухи расходились совсем недалеко и умирали слишком быстро.
Если продукт был по-настоящему достойным и находил отклик в сердцах и умах слушателей, возникал эффект снежного кома. Тиражам, которыми расходились записи Высоцкого, Галича, Северного, и популярности которой они пользовались, могут позавидовать самые яркие сегодняшние звезды. И при этом никаких стандартных рекламных ходов. Собственно, тогда и стандартного шоу-бизнеса не было, а был его подпольный аналог, который никуда не делся, когда постепенно отмерла цензура и единственным фактором, влияющим на то, как у артиста идут дела, осталась его популярность. Раскручивали тогда исключительно в расчете на прибыль от концертов. Фирма «Мелодия», монополист на рынке грамзаписи, оказалась очень неповоротливой, достойных радио и телепрограмм практически не было. Были уже достаточно заинтересованная в молодежной культуре пресса и расцветшая буйным цветом культура студий звукозаписи, в которых продавались более или менее качественно переписанные альбомы.
Так прессой и студиями создавались самые успешные проекты того времени, очень разные с художественной точки зрения, но очень похожие по коммерческому эффекту. Ласковый май и Кино, Мираж и Наутилус Пампилиус, Электроклуб и Алиса. Их записи продавали на всех вокзалах, про них писали «Московский Комсомолец» и «Комсомольская правда».
В результате эти группы собирали стадионы, приносили огромные дивиденды своим продюсерам и сами неплохо зарабатывали. Собственно так и возник пост-советский шоу-бизнес.
Развивался он весьма затейливым образом. Разработанную стратегию продвижения поп-музыки в массы стали доводить до абсурда. Так пускались в магнитофонные тиражи самые экзотические проекты вроде «Ласкового быка» или «Левостороннего движения», о которых сейчас если кто и вспомнит, то вздрогнет. Так окреп институт заказных публикаций. Простое наличие [или отсутствие] связей на радио и телевидении переросло в мощную традицию получения взяток за любые услуги. И на протяжении почти всех 90-х качество появлявшихся звезд становилось все сомнительнее.
В итоге публика, обеспечивающая спрос музыкальной продукции, потеряла всякое доверие к традиционным средствам раскрутки - прессе, телевидению, радио.
Проплаченные эфиры, заказные статьи, постановка в эфир по прайс-листу - все это привело к тому, что людям приходилось либо полагаться на собственный вкус, либо сталкиваться с отсутствием выбора. В самом деле, какая разница жителям провинциального городка, на какой концерт пойти, если таковой случается раз в полгода, и что слушать, если в привокзальном ларьке продается только десять наименований кассет, качество которых, порой, оставляло желать лучшего.
По большому счету продюсеры, продвигая артиста на рынок поп-музыки были заведомо уверенны, что успех обеспечен, т.к. у покупателей музыкальной продукции, особенно в провинции, выбора особого не было. Ситуация стала меняться ближе к концу десятилетия. Проверенные способы вдруг перестали работать. Возникли замкнутые, но довольно многочисленные сообщества меломанов со своими музыкальными пристрастиями и любимчиками: фанаты «Гражданской обороны», пресловутая «Армия Алисы», или, например, поклонники ДДТ. Когда Юрий Шевчук решил стать раздатчиком путевок в жизнь молодым группам и организовал свой театр ДДТ, он моментально получил стадионные аудитории для просмотров и прослушиваний.
Кроме того, появились относительно неангажированные СМИ, радио «Максимум», например. Эта станция набрала популярность за счет объективного подхода к качеству музыки и, соответственно, обрела приятный слуху play-лист, а вскоре сделала вполне удачную попытку проверить свое влияние - организовала стадионный фестиваль «Максидром» [с тех пор проходит ежегодно], который мало того, что стал аншлаговым, еще и достоверно тестировал всех претендующих на успех рокеров. Кстати, вышеупомянутый фестиваль дохода принимающим в нем участие музыкантам не приносит. Играют на нем ради престижа. Позвали на «Максидром»- значит исполнитель в этом году – звезда.
Окончательно переломил ситуацию телеканал MTV. Его создатель и идеолог Борис Зосимов казался человеком, который вобьет последний [или предпоследний] гвоздь в гроб раскрутки по-советски. Так и получилось. Зосимов получил заранее привлекательный брэнд, аудитория которого была заведомо внушительна. А условия западных владельцев торговой марки MTV были очень жестокими.
Все, затаив дыхание, ждали: сколько же будет стоить эфирное время на MTV? Оказалось, что нисколько, что в чарт может попасть группа, которая принесла клип, просто чтобы убедиться, что шансов у нее нет. Так было с «Запрещенными барабанщиками» и их «убитым негром». Неполиткорректная песня стала мегахитом только потому, что программный отдел MTV решил рискнуть и поставил никому не известную группу в ротацию. Через пару недель песню распевали даже далекие от молодежного музыкального телевидения таксисты.
Этот и другие не менее удачные примеры, возможно, и стали поворотным моментом в развитии методов продвижения в российском шоу-бизнесе. Главным правилом стало умение оказаться в нужное время в нужном месте с подходящим продуктом [а лучше в нескольких местах сразу], после чего ждать реакции публики и действовать дальше. В связи с этим выстраиваются достаточно несложные схемы, которые мы ниже рассмотрим подробнее.
|
